С сестрой у друга
— Денис? Это я... Да, я сейчас заскочу, наверное. Только... Помнишь мою сестру? Да, да, она... Скорее всего, за мной потащится, так что готовься...
Я положил трубку и спросил Айю:
— Ну что, ты всё-таки собираешься идти со мной к Денису?
— Да, а то мне дома одной скучно, — лениво произнесла сестра, выбирая, во что переодеться. Старую домашнюю футболку она держала в руке, а перед шкафом уже выросла куча отвергнутых вещей.
— Ты что, весь шкаф с собой понесёшь? — удивлённо произнёс я.
— Да подожди ты, я переодеваюсь!
С этими словами Айя вытащила короткую юбочку и белую кофточку. Наряд был вполне приличный, если не дополнять его выражением лица человека, которому все кругом должны.
Надев всё это и убедившись в своей неотразимости перед зеркалом, Айя возопила:
— Пошли!
Денис жил недалеко, и мы быстро дошагали по какой-то уж слишком пустынной для этого времени улице.
Я позвонил, и мой друг не заставил нас долго ждать: как будто сидел под дверью, словно терпеливый старый паук.
— Заходите, гости дорогие! О, Айя, давно не виделись! — Он застенчиво протянул ей руку, но сестра уже смотрела ему за плечо.
Мы прошли в зал, и Айя, увидев удобное кресло, незамедлительно в него плюхнулась.
— Ах, давно мечтала купить такое! Оно ещё и с массажем, да? — При этом она небрежно, по-мужски, положила ногу на стоящий напротив столик. Столик отозвался жалобным скрипом, а Денис сразу посмотрел на его тонкую ножку. Айя заметила взгляд и убрала ногу с таким видом, будто просто закончила осмотр мебели.
— Да, — ответил Денис, присаживаясь на край столика. — Вон там его пульт. Только оно совсем новое, я ещё не со всеми режимами разобрался.
— Где, где? А-а-а, нашла! — торжествующе возопила Айя и сразу запустила какой-то массажный режим. — О, приятно... — Она расслабилась, закрыла глаза и несколько минут лежала, прислушиваясь к ощущениям. Кресло тихо гудело и мерно подрагивало. Денис с явной гордостью показал на коробку у стены: покупка ещё даже не успела стать частью обычной обстановки. Я спросил, сколько она стоит, но он только махнул рукой — мол, долго копил, зато теперь после работы можно расслабиться. Айя тут же сообщила, что совершенно согласна с таким вложением денег. Особенно когда вложил кто-то другой. Денис не понял, шутит она или благодарит, и на всякий случай улыбнулся.
— Айя, — робко произнёс мой друг, — можно тебя кое о чём спросить?
— Если ты хочешь спросить, можно ли принести нам с братом по чашечке кофе, то мой ответ крайне утвердительный! — ошарашила сестра Дениса.
— Эм... Да, конечно, уже несу. — И друг в смешанных чувствах ринулся на кухню.
— Ха-ха, смешной у тебя друг всё-таки, — произнесла Айя, продолжая щёлкать кнопками пульта.
— Не все же привыкли к твоим фокусам.
— Слушай, хочу ещё немного над ним поиздеваться. Намекни, что я отлично разбираюсь в технике, хорошо?
— Ты же не собираешься разобрать его кресло, я надеюсь?
— А что? Ревнуешь? Не бойся, ломать технику я только родному брату согласна, не меньше.
— Вот спасибо...
Тем временем подоспел Денис с чашечками кофе и большим блюдом фруктов. Он не мог не заметить, как Айя наугад переключает режимы. Кресло то складывалось, то выпрямлялось, а она успевала каждый раз сделать вид, что именно так и задумано.
— Айя, как тебе не стыдно! Сейчас кофе прольёшь на обивку! — укоризненно сказал я. — С тех пор как я доверил тебе чинить свой компьютер, ты вообще распустилась.
Лицо Дениса буквально вытянулось от услышанного.
— Так ты всё-таки умеешь? Но ты же говорила, что не понимаешь!
— Я объясняла тебе в прошлый раз, — прошептала Айя, потягивая кофе. — Понимаю ровно до тех пор, пока получается. — Она лениво протянула руку к блюду, взяла большой банан и объявила, что сейчас покажет нам фокус. Продолжая пить кофе, принялась изображать фруктом телефонную трубку. Даже я удивился: это была новая ступень бесцеремонности моей сестры. Денис послушно отвечал на её воображаемый звонок.
— Вот видишь, Дениска, главное — уверенный голос. Мальчики, вам нравится представление? — спросила Айя, изображая строгого диспетчера. Одновременно она другой рукой нажала кнопку, и кресло подняло ей ноги. Чашка опасно качнулась.
— Да-а-а... — расплылся в улыбке мой друг. Я скептически сжал губы и сложил руки на груди.
Тем временем Айе перестало хватать простого разговора. Она очистила банан, положила кожуру на блюдо и решила продемонстрировать, как удержать фрукт одной рукой, не отставляя чашку.
Очень осторожно она принялась разламывать банан на кусочки, но кресло продолжало подрагивать. Мякоть смазалась по пальцам.
Айя разомлела и забыла об осторожности. Её пальцы сдавливали несчастный фрукт всё сильнее, а объяснения становились всё самоувереннее.
— Ты поосторожнее всё-таки. Вот свалится куда-нибудь в щель, потом попробуй вытащи.
— Не бойся за меня, братик! — весело ответила она. И ровно в эту секунду банан переломился. Большая половина упала между подлокотником и сиденьем, а маленькая осталась сиротливо торчать в руке. Денис посмотрел на свою дорогую обивку, и улыбка исчезла.
Что характерно, моя сестра так и застыла, ожидая, что кто-нибудь решит проблему за неё. Денис понял раньше меня, подошёл и осторожно вытащил большой кусок салфеткой. Потом принялся собирать крошки. Айя приподнялась, но кофе держала по-прежнему с видом королевы.
— Ничего себе десерт! — произнёс я. — Я тоже хочу, пока вы всё не извели! — И взял с блюда второй банан, предварительно убедившись, что его никто не использовал в представлении.
Денис долго вытирал кресло, пока обивка не стала практически чистой.
— Замечательно, — выдохнула Айя, пытаясь снова устроиться поудобнее.
Денис не дал ей этого сделать. Он потянулся к пульту: хотел выключить кресло перед новым экспериментом.
Я тем временем помог убрать со столика чашки и блюдо, чтобы больше ничего не разлить.
Денис начал позволять себе больше обычного: заявил, что раз Айя так хорошо разбирается в технике, пусть объяснит, почему спинка не возвращается в прежнее положение. Сам он жал сразу две кнопки, и кресло только сильнее гудело.
— Айя! — предупредительно прикрикнул я на сестрёнку.
— Да-да, знаю, — сказала она. — Дениска, всё замечательно, но даже не думай делать самый сильный режим. Не то бит будешь.
— А может, всё-таки проверить? — попытался возразить друг.
— Нет! — отрезала сестра, крепко удерживая пульт. — Да не обижайся. Просто понимаешь: для всех, кроме брата, я ещё серьёзный человек. Я намерена сохранить это впечатление хотя бы до конца сегодняшнего вечера.
— Ну хорошо, — пролепетал сильно опечаленный Денис.
— Разрешаю прочитать инструкцию! — лукаво усмехнулась Айя и сунула ему в руки книжечку с мелким шрифтом.
Денис положил палец на нужную строчку, второй рукой попытался остановить вибрацию. Я подошёл ближе и показал, какую кнопку он пропустил. Кресло наконец затихло, зато над нами уже смеялась сестра: два специалиста справились с одной мебелью!
Буквально через минуту она сама перестала смеяться. После кофе, тепла и мерного массажа её разморило. Голова опустилась на подушку, руки разжались. Мы решили, что она просто прикрыла глаза, но вскоре стало ясно: Айя задремала.
Это продолжалось несколько минут. В комнате было тихо, только часы отсчитывали секунды.
Я забрал пульт и сказал Денису:
— Сейчас твой единственный шанс. Она дремлет, давай сфотографируем, как специалист победил кресло!
Сам не знаю, зачем предложил. Наверное, хотелось отомстить излишне упрямой и своевольной сестре за весь вечер. Денис не долго думая поставил рядом инструкцию и приготовился изобразить торжественное вручение диплома. На самом деле смешного было немного: человек уснул, а мы пользовались тем, что он ничего не замечает.
— Можно чашку рядом поставить? — спросил Денис через секунд десять.
— Да, только пустую, — ответил я.
— Ну тогда... А-а! — Он задел ногой столик и едва удержал блюдце. Пришлось сначала всё расставить заново, а затем встать возле кресла с самым серьёзным видом.
— Ну как получилось? — спросил я его.
— Замечательно! Только... Она же заметит!
— Не волнуйся, — успокоил я друга. — Сейчас всё исправим.
Первым делом я вытащил маленький цифровой фотоаппарат и щёлкнул Айю с инструкцией в нескольких ракурсах. Потом спрятал камеру, забрал книжечку и убрал чашку. Денис торопливо поставил всё на столик, будто ничего не происходило.
Я был крайне доволен собой, поэтому не сразу заметил, что сестра уже открыла глаза и смотрит прямо на нас. Моя улыбка потихоньку сползла.
В это время Айя окончательно очнулась.
— Ах, хорошо-то как было! — Потом посмотрела на нас внимательнее. — Опять ты, братишка, что-то сделал! Сколько раз просила: не фотографируй меня спящую! Я, может, тоже хочу присутствовать при собственном портрете! Ладно уж... Денис, проводи в ванную, хочу умыться.
Мы с Денисом переглянулись, и он увёл мою сестру в ванную комнату. Она ещё раз велела удалить снимки. Я пробормотал что-то невнятное. Пока они шли по коридору, успел ещё раз посмотреть снимки на маленьком экране. Один оказался смазанным, на другом в кадр попал только Денисов локоть, зато третий выглядел вполне отчётливо. Мне казалось, что ради него и стоило возиться. О том, что сестра назвала происходящее неприятным, я старательно не думал: удобно считать собственную шутку удачной, когда её обсуждают только два шутника.
Потом, когда мы вернулись домой, я тайком перенёс фотографии на компьютер и послал Денису. Чего и следовало ожидать, он остался ими крайне доволен. Я уже собирался написать смешную подпись, когда за спиной послышался Айин голос: «Я просила удалить». На этот раз сделать вид, будто не расслышал, не получилось.