Вика
Хочу рассказать историю моей подруги. Её зовут Вика, ей двадцать, она брюнетка. Работает инструктором в фитнес-клубе, любит спорт и выглядит потрясающе: модельная фигура, упругая походка, стройные, слегка подкачанные ноги. У неё пирсинг в пупке, носу и языке, пухлые губы и совершенно уверенный взгляд. Рост сто семьдесят. По-моему, красотка! Когда идём рядом, я прекрасно вижу, кому именно улыбаются встречные. Она тоже видит, но делает вид, что ничего особенного не происходит.
В одежде Вика предпочитает минимализм! Если едем в клуб, наденет какую-нибудь майку, сарафанчик, короткую юбку или миниатюрные шорты. И обожает шпильку. Пару раз на особые мероприятия, где был бассейн, надевала белое платье поверх купального костюма, а потом бросалась в воду. Потрясающе: музыка, брызги, мокрая девушка танцует у бортика, а все вокруг хлопают. До недавнего времени таких платьев у неё было два. Но совсем недавно повторила трюк, и на этот раз ткань зацепилась за выступ. Парни помогали выбраться, тянули кто куда, платье разорвали в клочья. Да и Вику едва не уронили. Она потом смеялась, хотя сначала очень разозлилась: кто просил устраивать спасательную операцию, когда можно просто подать руку?
Да-а, она любит выступать. Всем подряд не соглашается, далеко не всем, но если согласилась, отдаёт всю энергию. Ездила в Москву по приглашению одного продюсера, предлагали контракт на съёмки в Германии. Отказалась: решила, что пока не хочет надолго уезжать. Очень жаль, надеюсь, ещё сделают предложение! В парочке небольших фильмов всё-таки снялась. В одном играла стюардессу, спасшуюся после авиакатастрофы в Африке. По сюжету находила деревню, пыталась объясниться с местными, а потом выбиралась через лес. Там есть момент, где огромный дог вытаскивает её из оврага за ремень сумки. Вика вся исцарапанная, грязная, на песке, вокруг актёры в костюмах, а собака никак не понимает, куда бежать. Говорит, ощущения не очень: много дублей, тяжёлая жара, песок везде. Зато за съёмку получила двести тысяч долларов. Я сначала не поверила, пока она не показала документы. С тех пор к её предложениям отношусь гораздо внимательнее. Она долго рассказывала, как на площадке всё устроено: сначала ждут света, потом меняют костюм, потом снова ждут, потому что собака устала раньше актёров. На экране десять секунд, а за ними целый день. Мне казалось, после такого опыта домашние выступления покажутся ей смешными. Вика отвечала, что в кино нельзя сразу понять, получилось или нет, а перед живыми людьми видишь реакцию. Ей нравилась эта мгновенная перемена лиц: только что смотрели рассеянно, а теперь замолчали и следят. Ради неё и соглашалась на многие затеи, которые со стороны выглядели просто безрассудством.
Первым человеком, который вообще вывел её на сцену, был дядя. Меня, кстати, с этой компанией тоже познакомил он. Через пару недель Вика уже заставила меня участвовать в своём танцевальном номере. Я легла на живот на мат, она объясняла сложный переход, потом поставила на четвереньки и велела повторить движение. Гоняла, пока не выбилась из сил. Очень люблю с ней работать, когда она не забывает, что не все такие выносливые. Но иногда увлекается. Однажды шестеро парней на вечеринке вздумали командовать её выступлением: то быстрее, то смешнее, то повтори сначала. Она долго терпела, потом ушла посреди песни. Кто-то ещё облил её водой, пытался объявить это частью программы. Вика потребовала извинений. После того случая я думала, что она вообще перестанет соглашаться на случайные приглашения.
Теперь история. В начале июля звонит Вика: срочное дело. Я собираюсь в аэропорт встречать маму, но она настаивает, чтобы дождалась. Как обещала, примчалась быстро. Месяц назад купила Porsche Cayenne, кажется, так называется: ослепительно белый джип. Сидела я на веранде, когда подлетела её тонированная машина. Вика в купальнике, накинутой рубашке и шлёпках — как потом объяснила, загорала — выскакивает, подбегает и взволнованно говорит: «Детка, продай меня!» Я, если честно, охуела. «То есть мой номер. Сегодня. Найди, кому выступить, только за хорошие деньги». Я продолжала смотреть: у неё всегда самые странные объяснения появляются уже после первой фразы.
Вспомнила, как на прошлых выходных ужинали в кафе. Подошёл солидный мужчина лет сорока, предложил по тысяче долларов за участие в своём закрытом празднике. Я сообразить не успела, как подруга набросилась на него с матами: он слишком уверенно говорил так, будто уже купил нас вместе со столиком. Через час у нас затеялся спор, в результате которого Вика заявила, что никогда не станет выступать исключительно ради денег. Я попыталась расспросить, что изменилось, но она сказала: если вечером не занята, заедет в одиннадцать. И улетела так же спешно. День прошёл в каком-то коматозном состоянии: ситуация противная, а любопытство огромное. В двадцать два позвонила. Я улыбнулась, решив, что передумала, уже собралась подшутить. А она: «Милая, как думаешь, одеться нарочно вызывающе, как в клипе, или как дорогая модель? Нравится и то и то. Твоё мнение?» Понадобилось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями.
Минут десять принимали решение. В конце решили: вечернее платье, шпильки, лёгкий макияж — и ко мне. В начале двенадцатого приехала, маме показываться не стала, помахала из окошка. Я села в машину. Совсем не представляла, как буду предлагать её выступление: пусть сама разговаривает! Но Вика настояла, что это должна сделать исключительно я. Мол, со стороны серьёзнее. Решили отправиться в центр и там подумать. По дороге вспомнила: на днях звонил мамин начальник, спрашивал про документы, а я почему-то сохранила номер. Долго не раздумывая, набрала. Мой телефон у него тоже был записан, объясняться не пришлось. Как только стала рассказывать, зачем звоню, Вика остановилась у обочины. Я включила громкую связь. В.Ю. удивился, сказал: если нужны деньги, могу подъехать, он поможет, не обязательно искать повод. Я ответила, что в долг не беру, зато могу предложить хороший танцевальный номер. Он переспросил, я ли собираюсь танцевать. Пришлось объяснять про подругу и саму себя в роли внезапного менеджера.
Несколько секунд замешательства, вопрос: «Сколько?» — «Тысяча долларов». — «За час?» Смех. — «За вечер, как договоритесь, только программу обсудим заранее». В.Ю. объяснил, как подъехать, добавил, что не один: у лучшего друга день рождения, такой подарок пригодится. Я положила трубку. Ладони вспотели. Смотрю на Вику, а она лучезарно улыбается! Машину оставили на стоянке, взяли такси, через двадцать минут были на месте. Большой особняк, во дворе и рядом дорогие машины. Нас встретили у ворот, проводили в переполненный людьми дом. В.Ю. видела всего два раза, но узнала без труда. Подошёл, протянул шампанское, оценил Вику, взял меня под руку и шепнул, чтобы проходили на второй этаж. Если интересно, могу остаться, а если нет, пусть подруга подождёт в холле сама. От этой лёгкости мне стало неловко: он уже распоряжался нашим вечером, хотя мы ещё ничего толком не обсудили.
Поднялись наверх. Только здесь смогла нормально рассмотреть Вику: золотистое короткое шёлковое платье на тонких бретельках, открытая спина, чёрные шпильки. Выглядела как человек, которому вообще не бывает страшно. Через десять минут пришёл В.Ю., велел подождать в одной комнате, а меня позвал знакомиться с другом, «хорошим знакомым твоей матери», как выразился. Потом позвоню Вике, и она выйдет. Так и сделали. Через несколько долгих минут поднялись трое мужчин, включая В.Ю. Именинник оказался высоким, лет тридцати пяти, довольно симпатичным, ему очень шёл деловой стиль. Я пыталась поддержать разговор, потом резко объявила, что привезла подарок. Только собралась звонить, как дверь открылась и вышла Вика. Сама всё слышала, ждать моего сигнала ей надоело.
Мужчины не ожидали. Именинник удивлённо посмотрел на меня, но В.Ю. сказал, что мы давно знакомы и это от нас такой сюрприз. Вика подошла, я показала, кого поздравлять. Она улыбнулась, достала телефон и спросила, куда подключить музыку. Все одобрительно загудели. Тут выяснилось, что подходящей колонки наверху нет. Именинник отправился искать, В.Ю. позвал кого-то по лестнице, третий мужчина предложил просто спуститься ко всем. Вика остановила их: сначала три минуты объяснить условия, потом танцы. Никаких хватаний, съёмка только если сама разрешит, программа короткая. Я отошла в сторону, чувствуя, как краснею: надо было мне всё это сказать заранее. Мужчины выслушали, переглянулись, но согласились. Я уточнила, где можно оставить сумки и кто потом вызовет машину. Оказалось, с такими простыми вопросами никто заранее не разобрался: все только ждали сюрприза. Пришлось самой найти свободный стул, убрать с него чужой пиджак и поставить рядом стакан воды. Вика благодарно посмотрела на меня, будто именно для этого и позвала. Я немного успокоилась: хотя бы одна понятная обязанность среди всей этой неизвестности. Один пошутил, что у артистки настоящий деловой подход. Вика ответила, что деньги тоже настоящие.
Колонку принесли, освободили середину комнаты. Вика танцевала старательно, то медленно, то резко меняя темп. Я видела этот номер раньше, но здесь он выглядел иначе: тесно, зрители близко, все ждут чего-то собственного. Именинник сначала стоял с важным видом, потом начал повторять движения. Очень быстро понял, что это не так легко. В.Ю. тоже попробовал, третий мужчина хлопал в ладоши и смеялся. Потом все заговорили разом, стали советовать, какую песню поставить следующей. Вика остановила музыку и сказала, что ей нужны пять минут. Мужчины посмотрели на меня, но не предложили заменить подругу. Присели на диван, вернулись к своему разговору. Через несколько минут она вышла из соседней комнаты уже с собранными волосами, переобулась в оставленные у двери удобные туфли. Шпильки, сказала, для выхода, а не для целого вечера на ногах.
Именинник жестом позвал её, предложил научить простому движению. Вика подошла, развернулась спиной, чтобы ему было легче повторять, и медленно показала шаг. В.Ю. извинился: нужно вернуться к гостям. Ушёл. Второй мужчина, которого я мысленно назвала К., встал перед диваном, попробовал повторить и внезапно посмотрел на меня. Я стояла у стены, у меня ёкнуло сердце. Хотела присоединиться, но не предполагала, что действительно решусь. Он подошёл, протянул руку. Я не сразу подала свою, сначала спросила: что предлагается? Обычный танец, ничего сложного. Подругу уже крутил именинник, она поправляла ему плечи, смеялась. Я согласилась, только предупредила, что в тесноте боюсь поворотов. К. кивнул и повёл к свободному месту возле окна.
Именинник двигался неловко, Вика рядом пыталась удержать серьёзное лицо. К. не дал долго смотреть: предложил следить за собственными ногами. Я обернулась, спросила, будет учить или смеяться. Он ответил: смотря что получится. Развернулась, попробовала повторить шаг и тут же сбилась. Подруга заметила, остановила музыку, подошла объяснить. Теперь руководила нами обеими парами, будто снова оказалась в фитнес-клубе. Я смеялаcь, сердилась, требовала не считать вслух. К. тоже ошибался, но признавать не хотел, поэтому Вике пришлось поставить его рядом со мной и показать всё медленно. Через несколько минут прошли короткую связку почти одновременно. Именинник объявил это главным подарком: наконец понял, почему у него ничего не получается на обычных дискотеках. Я устала, но была довольна, что решилась выйти от стены.
Мы отправились умыться. Не успела встать у раковины, как в коридоре появился В.Ю.: хотел спросить, нельзя ли повторить номер уже перед всеми гостями внизу. Я посмотрела на Вику. Она ответила, что повторит один раз, а дальше мы уезжаем. Он начал уговаривать остаться до конца, но она подняла ладонь: условие то же. Через двадцать минут спустились. Внизу было гораздо шумнее, кто-то не понял, что идёт выступление, продолжал громко разговаривать. Вика не стала перекрикивать, подождала. Я стояла рядом, держала её телефон и чувствовала себя уже почти настоящим помощником. После короткого номера В.Ю. подошёл, протянул деньги: «Тут за вас обеих». Я переспросила, почему за меня. Он сказал, что тоже участвовала, разве нет? Возражать не стала, хотя в голове всё смешалось: дружеская помощь, подарок, работа, мамино знакомство. Нас проводили до такси. Доехав до машины, ещё немного посидели на стоянке, обсуждая вечер. Домой отправились тоже на такси, решили ночевать у меня. После выходных позвонила мама и сказала, что её ввели в состав учредителей. Я посмотрела на Вику и не сразу нашлась, что ответить.